Разговор обрисовал ситуацию, которая вкратце характеризуется отсутствием доверия. С одной стороны, банки перестраховываются и отказываются финансировать проекты молдавских предпринимателей, сомневаясь в их качестве, с другой, бизнес обвиняет банковский сектор в элементарном посредничестве, при этом, достаточно неэффективном. В Молдове есть отдельные бизнесы, которые вообще обречены на постоянный отказ в кредитовании, к тем же, кто получает очень дорогие и короткие средства, предъявляют жесткие условия, которые ущемляют заемщиков. Так, некоторые банки, например, принимают в качестве залога лишь 10% от стоимости активов. Хотя, как отметили Валерий Лазэр и первый вице- президент Нацбанка Марин Молошаг, финансовый рынок Молдовы сейчас полон ликвидности.

Молошаг считает сокращение кредитования следствием экономического падения в целом. В 2009 году кредитный портфель в системе упал на 10%, но в первые два месяца текущего года ситуация несколько стабилизировалась, и сокращение кредитов в январе-феврале составило лишь 0,1%, - сообщил он. Он разделяет скепсис банковского сообщества: у молдавских предприятий мало качественных проектов, в то же время сегодня на финансовом рынке находятся в обороте 4 млрд леев со сроком более двух лет, которые не задействованы, а они позволяют кредитовать экономику более длинными деньгами. Готов к принятию и новый законопроект о кредитовании экспорта в валюте, который снизит валютные риски для экспортеров и приведет к сокращению ставок по долгосрочным и среднесрочным кредитам.

Представитель МВФ в Молдове Тохир Мирзоев напомнил, что в 2009 году 20% кредитов были действительно некачественными, в результате предприниматели так и не смогли их погасить. Так что понятна позиция банков, которые не хотят финансировать должников. Что же касается проблемы залога, то банкам нужна уверенность, что в случае невозврата кредита они смогут его продать. Мирзоев считает, что рамки процедуры несостоятельности предприятий должны быть более гибкими, чтобы банки могли легче и быстрее применять инструмент банкротства в судебных инстанциях.

МВФ и ВБ готовы поддержать молдавскую экономику, но при наличии четких приоритетов. "Нужно определиться: либо мы поддерживаем бедное население, пострадавшее от повышения тарифов, либо - супермаркеты, которые не могут вернуть кредиты", - отметил глава представительства МВФ в Молдове. Форум в Брюсселе, который пройдет 24 марта, отчасти также снимет проблемы получения займов, - считает директор Всемирного Банка по Молдове Мелани Марлетт. А намерение правительства создать фонд гарантирования кредитов снизит степень рисков банков, считает вице- премьер Валерий Лазэр.

На взгляд зампредседателя Ассоциации менеджеров Молдовы Виктора Гурэу, амбиции правительства не могут ограничиваться лишь фондом гарантирования банковских вкладов, оно должно инициировать и принять участие в крупных проектах национального масштаба. В ситуации, когда в республике 110 недостроенных жилых домов на 5 млрд леев, из которых 2 млрд леев уже инвестированы строителями, государство, например, может кредитовать население для покупки жилья. В Молдове есть несколько крупных инфраструктурных проектов - по реконструкции аэропорта и реабилитации автомобильных дорог, напомнил Валерий Лазэр, однако они стартуют позже, а решать проблему нужно сегодня, сейчас. "В Молдове целые сектора в коме, например, у виноделия нет шансов, если мы не предложим поддержку как минимум, в реструктуризации бизнеса", - говорит он. В то же время надо, как советует глава представительства МВФ в Молдове Тохир Мирзоев, определиться, какие из них спасать. Президент Клуба деловых людей Timpul Игорь Крапивка озвучил сразу несколько идей бизнес-сообщества. Во-первых, нужна демонополизация финансового рынка. "Есть ресурсы ВБ, ЕБРР, микрофинансовых организаций. Давайте создадим биржу и обеспечим им на нее равный доступ". Во-вторых, в изменении нуждается политика кредитования. Сегодня качественные заемщики платят за некачественных, по аналогии с оплатой налогов, в результате те, что дают больше в казну, ущемляются. "Наша банковская и налоговая система похожи - это матрица постсоветского менталитета, от которого надо избавляться. Сегодня банки привлекают средства под 5-6%, а размещение доходит до 25- 27%. Их валовая банковская маржа составляет 200-300%. Какой легальный бизнес имеет такую маржу в Молдове?", - задался риторическим вопросом предприниматель. В-третьих, изменить нужно и роль государства, которое должно возглавить работу по выходу на международные финансовые рынки в рамках частно-государственного партнерства. В программу нынешнего правительства внесен пункт - создать госструктуру, которая будет заниматься кофинансированием развития. "Это не дело минфина, а отдельной структуры, речь идет о фонде либо банке реконструкции и развития Молдовы. Предложение было внесено бизнес-сообществом, но пока не реализуется", - подчеркнул Крапивка.

"Наконец, мы против того, чтобы $300 млн лежали в Федеральной резервной системе США, а мы в это время искали ресурсы. Это вопрос и к МВФ. Мы неоднократно высказывали в прессе и общественности свою идею разморозить эти деньги и использовать их в реальном секторе. Не обязательно в виде денег, есть механизм финансирования международных проектов, для балансировки корзин валют. Можно нечто подобное изобрести здесь, и, не трогая физические резервы, использовать их для фонда гарантирования под получение ресурсов с международных рынков финансов", - продолжил он. На его взгляд, чтобы выйти из кризиса, Молдова должна начать строить дороги, социальное жилье, финансируя это не из бюджета, а частично за счет доходов от приватизации, и из частных источников, плюс средств институциональных инвесторов - ВБ, МВФ, ЕИБ, возможно, Китая, России.

Наталья Врабие, глава "Молдагроиндбанка", проблему видит иначе: "Сегодня экономика не готова к тому, чтобы банки включались в долгосрочные мегапроекты. Что касается обычных инвестиционных проектов, то они, по сравнению с другими странами, намного дороже. Возможности Молдовы нельзя сравнивать - у Молдовы нет даже рейтинга. Все мы участвовали в создании экономики, основанной на потреблении, но эра потребительской экономики прошла, хотя ментально мы все еще там. Наши предприниматели чувствуют это и боятся работать по-новому. Посмотрите, что делает Германия, она меняет структуру своей экономики, чтобы стать конкурентоспособнее, мы к этому пока не готовы".

Отсутствие прозрачной статистики также тормозит этот процесс. "Я не знаю, сколько наших компаний обанкротились. Мы знаем статистику других стран, но не свою. В то время как кризис - это чистилище, после которого нужно строить что-то новое. Но для этого нужно знать, что у нас было и осталось. Что касается непосредственно финансового рынка, то информация об организациях микрофинансирования скудна - на каких условиях они, например, работают. Это помогло бы нам реально оценивать ситуацию и в конкурентной борьбе становиться открытыми и более доступными нашим клиентам". Итог разговора подвел Валерий Лазэр: "Мы были "на игле" дешевых и доступных ресурсов, регионального подъема, но сегодня ситуация изменилась, и мы тоже должны меняться. Я очень хочу другой структуры экономики - меньше рискового земледелия, пока же доля агропрома у нас занимает намного более 50%. На изменение этой цифры нужны время и средства, чтобы аграрии смогли переориентироваться. И главное - мы можем выработать сколько угодно стратегий, но до тех пор, пока предприниматели не рискнут производить новые товары и услуги, и, в то же время финансисты не рискнут их кредитовать - мы не можем говорить о достижении этой цели".

Автор: Татьяна ШИКИРЛИЙСКАЯ

www.ko.md